?

Log in

В экзоопарке, пока мы с Жуковым изучаем расположение ближайших лавочек, а Яська наворачивает круги от зверя к зверю по сложной траектории, Темыч читает описание на каждом стекле.
Тычет пальцем в чью-то неопознаваемо-мохнатую спину:
- Мама, кто это?
- Понятия не имею, читай табличку.
- Это животное называется, - Темыч с самым серьезным видом декламирует на весь зал, - Вне-ш-ний Ви-д!!! Внешнийвид, мама!

- Я победииил!
- Тём, ты ж не первый.
- И что?

Темыч подсел на Геймановское "Но молоко, к счастью..." - веселый хоровод из пиратов, индейцев, вампиров, динозавров. Есть даже один пони со звездочкой на боку. Лучшая книжка на свете. После очередного прочтения Тём старательно складывает в правильном порядке главы, давно разобранные на страницы. Пересматривает, хмурится.
- Яся! - строго.
- Моё, не дам! - Яська удирает, прижимая к сердцу страницу с пони и пираньей.

Из Воронежа приезжала бабушка. Тёмыч хвастает новыми игрушками, книгами, показывает рисунки (это грузовик везет тигра, это ниндзя побеждают василиска, а это - хамелеон!)
Маленькая экскурсия докатывается до детской. Тут я сплю (широкий жест), а это - мои друзья. Под подушкой дожидается ночи пестрый выводок, с которым Темыч делит сон. Плюшевая байкальская нерпа, икеевский котик, маленький вязаный мишка-пузо-в-цветок.
- Ой, что это?! - бабушка осторожно берет пальчиковую куклу-скелетончика с фосфоресцирующей головой.
- Это Пушкин! - с удовольствием поясняет Тёмыч. - Он умер.

20 ноя, 2016

С недавних пор козявка Яська отселен на ночлег к Артёму, в двухэтажную кровать. У нас с Жуковым - плюс одна комната в активе, а у Тёмыча - весёлая компания из младенца, осваивающего сон в Кровати, Из Которой Можно Выйти В Любой Момент. Всё бы ничего, но только если ночью они так-сяк спят, то днём эта банда занята чем угодно, только не отдыхом.
Укладываю. По громкому шепоту понимаю: не спят. Иду: в детской по полу разложена железная дорога, два бойца в пижамах с супергероями перебрасывают армию лего-человечков от комода к шведской стенке.
Через пять минут - грохот. Возмущенный шепот Артема: ну Яааасяааа! Иду: из книг устроены вольеры для животных. Яська, заваливший попой половину зоопарка, пытается восстановить постройки и извлечь из-под обломков семейство крокодилов. Тёмыч, опытный детсадовец, уже довольно убедительно спит на верхнем этаже кровати, накрытый по самый нос.
Ещё пять минут. По коридору - глухой скрежет и сдавленное хихиканье. Иду, застаю в кроватях два вздрагивающих от хохота кома.
Надоело. Занимаю наблюдательный пост в кресле, напротив двери в коридор. Слышу как медленно открывается дверь в детскую, чем-то стучит, шепотом переговариваясь, малолетняя банда. Встаю и иду на разведку. Навстречу мне по коридору Тёмыч мчит Яську в тазу. С перепугу с визгом отскакиваю с прохода. Яська, не ожидавший моего появления, отшатывается и вываливается из импровизированного болида: младенец летит в одну сторону, таз - в другую. Тёмыч, не видевший причины катастрофы за Яськиной спиной, кубарем катится прямо мне под ноги, растягивается на пузе, поднимает голову и светским тоном сообщает:
- А мы попить идём.
Младенец Яська поймал голубя. Я не знаю, кто больше удивился: Яська, наконец, впервые за всю жизнь, сделавший это, или голубь, который был увлечен зерном, заботливо рассыпанным по газону.
Строго говоря, он его не поймал, он на него (кхм) упал. Ну, то есть, поймать он его собирался. Он и ходить научился - за голубем побежал. И вот опять: увидел птичку и с воплем "гугуль!" бросил мою руку и стартанул на газон. Голубь, сосредоточившийся на зерне, не рассчитал, видимо, насколько скоростными бывают младенцы, а потому улетать не спешил. А стоило. Споткнувшись о чертовски удачно попавшийся кирпич, Яська на всех парах спикировал пузом прямо на незадачливую птицу. Голубь издал полузадушенный курлык, больше приличествуюший курице, чем городской птице (много о себе думают, ага, а как младенцем прижало - все орут одинаково). К слову, Яся, не ожидавший столь легкой победы, тоже издал что-то среднее между победным кличем и воплем ужаса и на всякий случай телепортировался на пару метров в сторону, удивленно хлопая глазами. Голубь подобрал крылья, пару раз неуклюже ими хлопнул и взлетел боком. Мне кажется, оглядывался.
Что характерно - младенец, два года гоняющий птиц, официально с этим развлечением завязал.

20 окт, 2016

Юноша Артём имеет поразительную способность не просто впитывать все новые прочитанные/подслушанные слова, а отправлять их прямиком в словарный запас. Причем с удивительно точным контекстом. Одна беда - регистры языка пока человеку недоступны, поэтому речевые конструкции выходят по-московски яркие, на грани смешения всех возможных стилей, - такая языковая эклектика.

Вертится перед зеркалом в обновках и задумчиво бормочет:
- Рукава длинноваты, да. А в целом - ништяк, право слово.

Читаем на ночь Драгунского. Дениске обещают к школе купить новый картузик. Тёмыч возится, укладывается, вдруг привстаёт на подушке и встревоженно спрашивает:
- Мама, а я пойду в школу?
- Конечно, заяц, на будущий год в это время ты уже будешь учиться.
- Вау! Значит, и мне купят новенький картузик. Хочу рюк и картузик с бетменом!

- Леонардо - самый крутой из черепашек ниндзя, известное дело.

- Клёвый суп, чёрт возьми! Обожаю буковки.

Ну и ежедневное дело - упражнения в логике:

- Мама, огни черные бывают?
- Нет, детка, огонь - это всегда свет, а свет черным не бывает.
- Но у коня черные глаза?
- Эээ. Да, бывают.
- Почему тогда у коня глаза горят?
(1:0 в пользу юношества)

- Пушкина съели грифы?
- ?!!!
- Ну, Пушкин же умер?
- (Боже, это не закончится ни-ко-гда!) Ага, умер.
- А грифы едят мёртвое, так? Значит, Пушкина съели грифы. (Подумав.) И динозавров.
(2:0)

- Глаза боятся, а руки - белые.
- ...Делают.
- Мама! Руки - белые. Не знаешь - не дерись.
(3:0. Всухую!)

Разучивал стихи к спектаклю в детском саду:
- Подобен мир театра сказке. Здесь моряки, костюмы, маски...
- Парики.
- А?
- Парики, а не моряки.
- Где не актер – живой герой! Смотри, общается с тобой, зовет в свой мир. Иди смелей, с ним раздели бокал сластей!..
- Накал страстей!
- Хмм. Нет, я лучше стихи сочиняю.

Сегодня Тёму шесть, и это определённо лучшие шесть лет в моей жизни
Лето заканчивалось приключениями.
- Мама, смотри, смотри, что у меня есть!
- Что, заяц?
Медленно открываю глаза и разом просыпаюсь: у мелкого зайца натурально слоновье ухо.
- Комар укусил. Чешется, - сморщился Темыч и с адским звуком поскреб то, что с вечера было ухом, а теперь больше напоминало огромный красный вареник. От такой бесцеремонности ухо побелело, снова налилось и даже как-будто стало больше.
Антигистаминные, мази и наказ не чесаться большого результата не дали. К вечеру вареник был всё ещё с нами. Ал и горяч.
В приемном скорой лор осторожно потрогала ухо пальцем и переспросила: точно комар? Они тут такого ещё не видели. Мы, впрочем, тоже. Хотя реакция у Темыча на насекомых всегда жуткая: нога как у носорога была, палец раздувало. Но ухо - это блин страйк!
- Ну, со слухом, наверное, всё будет в порядке (Наверное?! Аааа!!!) А вот ухо может остаться деформированным (КонтролСтрайк!) Так что давайте на госпитализацию.
Кровь из пальца, два укола подряд, компресс и давящая повязка а-ля Солоха - абсолютный кошмар пятилетки. Критически оглядев себя в зеркале, Темыч неуверенно спросил:
- А можно бантиком вниз завязать?
Утром переговоры:
- Не пойду в столовую.
- Тёмыч, да там каждый второй с такой повязкой.
- Ни за что.
- Ну...
- Нет!
Ок. Завтрак в палате, перевязка на более приличный вариант и энгри бёрдз на планшете сделали мир как-будто более сносным. Два укола, и всё снова летит к чёрту.
- Вот тебе! - Тёмыч мстительно выводит на листе огромную лягушку и рисует ей шикарный обед из носатых комаров. - Приятного аппетита.
К обеду ухо благополучно сдулось и мы вернулись домой.
Через три дня - укус на другом ухе. Проклиная всех насекомых скопом, мажу, даю лекарство, слежу за размерами уха и за активностью пятилетки, норовящего поскрестись стоит мне отвернуться.
Сегодня Темыч смотрит в окно: там дождь, ветер и колотун.
- Осенью такая грустная погода, - изрекает глубокомысленно.
- Зато комаров нету.
Тём заметно веселеет:
- У них осенняя эпидемия?
- Ты звучишь очень кровожадно.
- Это комары кровожадные. А я - жертва...
- Аллергии? - подсказываю.
- Злодейских летунов!

Ох. До лета так далеко. Теперь это, в том числе, и хорошая новость.
Юноше Артёму из самого Парижу приехала пальчиковая кукла - маленький фосфоресцирующий скелетончик на черном чехле. Явление куклы произвело фурор. Первые сутки Темыч со своей добычей просидел в ванной с выключенным светом. Изучал интенсивность излучения света алюминатом стронция. Когда новизна фотолюминесценции притупилась, начались вопросы по существу.
- Он что, умер?
- Эээ?
- Ну, динозавры вымерли, и от них остались скелеты.
- Ааа. Ты об этом. Да, когда люди умирают, остается скелет.
- Так этот скелетончик был человеком?
- Ну, скелет явно человеческий.
На то, чтобы сложить два и два, юноше потребовалась ещё несколько дней.
Глубокомысленно насаживая черешню на пальцы, Темыч между делом интересуется, глядя на скелетончика, сидящего спиной к стакану со сладким чаем:
- Мама, это что - Пушкин?
- ?!
- Ну, Пушкин-то умер!
Действительно, кто же ещё.
Выключая перед сном компьютер, пробираюсь в темноте на кухню, за порцией конфет, конечно. Вдруг слышу - шепот! А время, между тем, к полуночи.
Захожу в детскую. В темноте по борту второго этажа кровати скачет светящийся скететончик и декламирует:
- Видит, весь сияя в злате, царь Салтан сидит в палате. На престоле и в венце, с грустной думой на лице.
- Тёма! Ты почему не спишь? Что ты тут делаешь?
- Мама! Тихо!! Пушкин рассказывает сказки!
Обещала сделать кукле черный цилиндр, чо уж.

6 май, 2016

Перед праздниками. Забираю Тёмыча из сада, идёт, еле плетётся. Протестует против отъёма транспортных средств в качестве штрафных санкций за ненормативное поведение. Зыркает на меня из-под кепки, томно вздыхает и изредка вполголоса стонет на одной ноте о горькой доле своей.
Слышим сзади самокат. Смотрю - едет Таня, подружка из детского сада: красавица, ножкой легко толкается, ловко закладывает поворот и, широко улыбаясь, подкатывает к Тёмычу.
Я сама открываю калитку сада, зная, что у пикетчиков в пылу протеста от расстройств не только ноги не ходят, но и руки не поднимаются. Оборачиваюсь. Стоит моя кровиночка, мой лирический герой: грудь колесом, росту откуда ни возьмись, желваками на мускулистом лице поигрывает и басом (когда? откуда?) выдаёт:
- Таня, ты - моя подруга будешь. Ты - со мной, поняла? Всё поняла?!
Я открываю рот, закрываю, снова открываю, смотрю на Таню...
- Круууто! - тянет Таня, восхищенно глядя на Тёмыча.
Я закрываю рот.
- Ну, пошли, домой пора, - Тёмыч дёргает меня за рукав.
(*шёпотом* спасите!)
Юноша Артём прогрессирует стремительными скачками. Или плавными, но нам того неведомо, ибо человек уяснил, наконец, что родителям всего знать не положено: в неведении - счастье старших и залог вседозволенности младших. Поэтому ежедневно идёт нешуточная борьба между смотри-как-я-могу и закрой-глаза-я-ещё-не-всё-убрал!
Утро. Пол в ванной покрыт русыми локонами. Филировочные ножницы опрометчиво торчат кольцами на один карман ниже положенного. А на голове пятилетки, ещё вчера хваставшегося модельной стрижкой от барбера, – креативный выстриг спонтанного характера и бессистемной формы. Цел, понятно, только затылок, потому как филиппинский тест человек проходит весьма условно, и до таких далей (слава богу) не дотягивается. Только это и спасло юного автопарикмахера от практичной стрижки «под коленку». Мастер, к которой мы срочным образом принеслись до открытия, заверила меня, что мы не первые, случай не уникальный, раз в неделю ей приводят юных стилистов разной степени стриженности, и каждому она обещает: второй раз – точно под ноль. В педагогических целях.
Ещё Артём уяснил, что нож и крошки со стола надо убирать, иначе неучтённый бутерброд с шоколадным маслом будет вычислен. То же касается фантиков от конфет.
Акварель с пола надо смывать тщательнее, а тряпку – стирать, иначе кто-нибудь обязательно поинтересуется, чем ребенку не угодила бумага.
Если передумал надевать в сад нарядную рубашку, приготовленную матерью, и выбрал растянутую майку с мумией – не забудь спрятать рубашку, иначе кто-нибудь обязательно заметит и поинтересуется, что у тебя под свитером.
Если выбрасываешь еду в мусорку (мама, я уже всё съел!), то хотя бы не говори потом, что папа готовит вкуснее. Папа, пришедший с работы в добром здравии и хорошем настроении, может и не понять, отчего его так невесело встречают. И почему практикуемые в мамино отсутствие пельмени и пицца из пачки отправляются в бан.
В общем, жизнь – кипит, дети – растут, глаз – дергается. Всё хорошо )